OKФайлы cookie обеспечивают работу наших сервисов. Используя наш сайт, вы соглашаетесь с нашими правилами в отношении этих файлов. Подробнее
<>
Для соответствий не найдено
Переводы: все28 keynesian28
Опять же по словам Фридмана: «И никто из нас не кейнсианец». As Friedman also said, “and none of us are Keynesian.”
Оно верно вне зависимости от того, либерал вы или консерватор, популист или центрист, кейнсианец или сторонник экономических мер на стороне рыночного предложения. It’s true whether you are liberal or conservative, populist or mainstream, a Keynesian or a supply-sider.
Как сказал Фридман: «Мы все сейчас кейнсианцы». As Friedman said, “We are all Keynesians now.”
Да, мы все были кейнсианцами – но слишком недолго. Yes, we were all Keynesians – but all too briefly.
Мы все сейчас кейнсианцы (последователи экономического учения Кейнса). We are all Keynesians now.
Бюджетные дефициты явно не принесли результатов, обещанных убежденными кейнсианцами. Continuing budget deficits have visibly failed to deliver what die-hard Keynesians had promised.
Совсем недавно мы могли сказать: “Мы все сейчас кейнсианцы”. It was not long ago that we could say, “We are all Keynesians now.”
Кейнсианцы наполняли государственную ванну тёплой водой налогово-бюджетного стимулирования. Keynesians filled up the warm water of fiscal stimulus in a national bathtub.
Пока что экономисты – и структуралисты, и несгибаемые кейнсианцы – озадачены. So far, economists – structuralists as well as diehard Keynesians – have been stumped.
Рецепты кейнсианцев – легкие деньги и большие бюджетные дефициты – также не позволяют достичь обещанных результатов. Yet Keynesian solutions – easy money and large budget deficits – have also fallen far short of their promised results.
По мнению кейнсианцев, правительства должны расширять совокупный спрос с помощью количественного смягчения и фискальных стимулов. According to Keynesian economics, governments should boost total demand through quantitative easing and fiscal stimulus.
Кейнсианцы смогли продемонстрировать, что финансовый стимул может стабилизировать ожидания рынка, и, таким образом, предоставить общую основу доверия. Keynesians have been able to demonstrate that fiscal stimulus can stabilize market expectations, and thus provide an overall framework of confidence.
Кейнсианцы тоже не думают о тех видах госинвестиций, которые действительно нужны; для них "любые расходы – это расходы". Nor do Keynesians think through the kinds of public investments that are needed; for them, spending is spending.
Проблема и с кейнсианцами, и со сторонниками свободного рынка в том, что они неправильно понимают природу современных инвестиций. The problem with both free-market and Keynesian economics is that they misunderstand the nature of modern investment.
Европейцы в своих дебатах сосредоточились на двух крайних позициях, которые граничат с карикатурным спором между "кейнсианцами" и "германцами". The European debate zoomed in on two extreme positions, both bordering on caricatures as "Keynesian" versus "German."
В этой части света сейчас разгорелся не просто научный спор между западными кейнсианцами и экономистами, отстаивающими важность рыночного предложения. This is not just an academic debate between Western Keynesian and supply-side economists, now being played out on the other side of the world.
У каждой наготове свое решение проблемы. Кейнсианцы призывают государство резко увеличить расходы, а "германцы" выступают за очищение посредством строгой экономии. Each has its own fix at the ready: Keynesians call for a government-spending spree, Germans for purification by austerity.
Кейнсианцы, глядя на эти профициты, говорят, что северные европейские страны должны снизить их, создав больший бюджетный дефицит для увеличения внутреннего спроса. Keynesians look at these surpluses and say that the northern European countries should drive them down by running much larger fiscal deficits to boost domestic demand.
Но спор с ней увенчается успехом лишь в том случае, если кейнсианцы вроде Кругмана учтут в своей экономической теории значение неизбежной неопределённости. But the attack on it will never succeed unless policy Keynesians like Krugman are willing to work out the implications of irreducible uncertainty for economic theory.
Анализ их влияния, наклонностей и пристрастий показал, что Нобелевский комитет сохраняет показную справедливость, соблюдая строгий баланс между правыми и левыми, формалистами и эмпириками, чикагской школой и кейнсианцами. An analysis of their influence, inclinations, and biases indicates that the Nobel committee kept up an appearance of fairness through a rigid balance between right and left, formalists and empiricists, Chicago School and Keynesian.

Реклама

Мои переводы